Оборвать череду любовных неудач


Если наши истории любви одна за другой заводят в тупик, означает, мы следуем безотчетному сценарию, который сложился еще с юношества. Расшифровав его, можно поменять свою роль и начать историю со счастливым продолжением.

Она всегда знакомится с мужиками, неспособными на суровые дела. Он повсевременно сталкивается с эгоистичными дамами, которые его употребляют. Повторение этих разочарований и неудачных романов иногда делает воспоминание, что вновь и вновь разыгрывается одна и та же пьеса, в какой изменяются только актеры, а роли остаются прежними. Некие из их просто узнаваемы. «Папик» – его обожают, только пока он щедр; «кормилец» утром до ночи занят обеспечением вечно недовольной семьи; «добрая самаритянка» выручает страдающих депрессией; «одинокая душа» неудачно, но упрямо пробует восполнить нехватку любви. В последнюю категорию попадает, к примеру, 30-летняя Альбина, редактор престижного журнальчика. «Я прихожу в себя после 3-х страстных романов, которые случились один за одним. Всякий раз это была любовь, в какой сливаешься воедино с возлюбленным человеком, и всякий раз она была обречена. Это как будто про меня сказано: «В любви нас никто не околпачивает, не считая нас самих». При знакомстве с человеком что-то снутри меня как будто заблаговременно улавливает в нем способность доставлять неприятности». В любви больше, чем где-либо еще, мы – жертвы сначала самих себя, а не кого-либо другого.

Не считать себя жертвой

«Главный урок истории – что мы не извлекаем из нее уроков, – размышляет транзактный аналитик Вадим Петровский. – Это выражение полностью применимо и к нашим любовным историям. Мы склонны подбираться к краю обрыва, а то и прыгать с него, как если б нас тянула неизвестная сила. Что же это все-таки за сила такая? Психологи употребляют термин «сценарий». Он появляется в итоге наших неосознанных решений, которые мы принимаем в детс тве, до 13 лет. В базе сценария – наши дела с родителями и дела родителей меж собой».

ЖЕЛАНИЕ, Чтоб ЛЮБОВНЫЙ РОМАН ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО БЫЛ Удачным, Только Наращивает РИСК Еще одного КРУШЕНИЯ.

Видя, к примеру, что отец и мама каждый денек ссорятся, и не имея перед очами других примеров, ребенок в состоянии сделать вывод, что обоюдная враждебность нормальна для хоть какой семьи, и решить про себя: я так не желаю, лучше уж пусть у меня совершенно не будет семьи. «Есть и другие источники предрешенного расстройства, – продолжает Вадим Петровский. – К примеру, предательство близкого друга либо подруги, которое было пережито в детстве. Неожиданная погибель близкого человека. Не зависящие от нас расставания – к примеру, отец получает предназначение в другой город, семья переезжает, и разрываются дружественные связи. Все эти действия западают в сердечко ребенку. И могут интерпретироваться так: «Не вступай в близкие дела, все равно они кончатся крахом». Тогда, повзрослев, мы безотчетно станем выбирать партнеров, которые держат дистанцию, остаются чувственно труднодоступными. И дела вновь и вновь не будут складываться. Но мы не лицезреем, какую роль играем в этом сами, и жалуемся: «Мне всe время попадаются одни и те же!» Психоаналитик Мариз Вайан (Maryse Vaillant) не признает такового детерминизма: «Если каждый закончит считать себя жертвой, откажется от этой кисло-сладкой роли и признает – без самообвинений – себя частично ответственным за свои беды, то тяга к страданию ослабнет. Чтоб выкарабкаться из нескончаемого повторения, принципиально закончить страшиться его. Оно может быть отрицательным опытом, но может быть также, что с его помощью мы готовимся к истинной любви».

Окончить эдипов конфликт

Встреча влюбленных – это как раз тот момент, когда два безотчетных встречаются, выяснят и выбирают друг дружку, получая возможность (благодаря другому) восполнить то, чего так мучительно не хватало каждому из их. Но пока мы не понимаем того, в чем нуждаемся, от чего страдаем, смена напарника не имеет смыла: мы будем только воспроизводить те же самые сценарии и переживать беды.

По воззрению психотерапевта Катрин Бержере-Амселек (Catherine BergeretAmselek), даже отличные дела с родителями могут стать источником любовных разочарований в дальнейшем: «Когда, уже став взрослыми, мы всe еще остаемся в плену собственного эдипова комплекса , собственной любви к папе либо мамы, мы провоцируем беду в отношениях с партнером. Так как в глубине души мы не стремимся по-настоящему повстречаться с другим человеком. Напротив, мы пытаемся поновой обрести ту связь с возлюбленным родителем, которая у нас была в детстве, другими словами такие дела, которые нам уже знакомы и присваивают нам уверенности».

Альбина подтверждает: «Я никогда не искусна верно оценивать парней, с которыми имела дело. Мне хотелось, чтоб они меня держали на расстоянии, были довольно сильны и независимы и в то же время довольно слабы, чтоб во мне нуждаться». Позднее она сообразила, что на роль в этих не приносящих ублажения отношениях ее толкала нехватка материнской любви, которую она так очень чувствует с юношества. В отношениях с мужиками она стремилась поновой пережить это чувство отсутствия – ведь у нее просто не было другого опыта любви. «Не осознавая этого, мы воспроизводим свои самые ранешние детские переживания, связанные с расставанием с мамой, – объясняет Вадим Петровский. – Предки всегда ворачиваются, но позже вновь уходят, потому близость для малыша всегда связана с расставанием. Спускаясь вниз по лестнице прошедшего, мы непроизвольно восстанавливаем свое детское переживание. Альбина повторно проигрывала дела по принципу «ближе–дальше» – типичный любовный Тянитолкай».

50-летний Павел, сотрудник коммерческого отдела, только-только прошел через развод. Он признается, что сам разрушал все романы, которые у него случались: «Поначалу всe волшебно, но с течением времени я, как будто кому-то назло, начинаю все портить и ничего не могу с этим поделать. Я становлюсь замкнутым, скрытным, агрессивным». Павел в конце концов увидел, что он воспроизводит ту неспособность к общению, которую в детстве следил у собственных родителей. «Я был поражен, когда сообразил, что воссоздаю всe ту же ситуацию – может быть, для того, чтоб в один прекрасный момент ее преодолеть. Но выходит всегда одно и то же – у меня не получается».

ПРИЗНАТЬ СВОЮ ЧАСТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРОШЛЫЕ Беды, Отрешиться ОТ РОЛИ ЖЕРТВЫ – И ТЯГА К СТРАДАНИЯМ В НАС Ослабнет.

По воззрению Катрин Бержере-Амселек, «многие из нас соотносят себя с родительской парой. Уже безотносительно к нашему эдипову комплексу мы можем попробовать воспроизвести такие же дела, которые были меж нашими родителями, если считаем их неплохими. Либо идем от оборотного: если дела в родительской паре кажутся нам страшными, нам время от времени охото поправить эту картину, воспроизвести несложившиеся дела, чтоб потом попробовать их сделать. Повторение ситуаций возможно окажется полезным для нас, если мы в конце концов понимаем его как закономерность и сможем установить дистанцию меж собой и этой ситуацией. В 20 лет и в 40 лет мы переживаем не одно и то же, и каждый шаг открывает новые возможности».

Посодействовать незнакомцу

Юная актриса 26-летняя Ксюша попадает быстрее в категорию «добрых самаритянок»: «Я нередко влюблялась в парней, которые нуждались в помощи либо мучались депрессией. Но я всякий раз была другой, и я повзрослела, помогая им. Терпеть не могу, когда мне молвят: «Подумай о для себя, ты очень уж хорошая, перестань заниматься другими!» А что если такое роль – помогать им – помогает мне самой? А что если мне нравится такая роль «спасительницы»? Мне неприятна идея о том, что необходимо биться со собственной склонностью к повторениям в любви. Сначала, поэтому, что никогда не выходит повторить дела в точности – любая новенькая встреча уникальна. Какие-то из их продвигают меня вперед, пусть даже через боль. Так что все-таки, обходить их стороной?»

«Отказываться от отношений не непременно, но любопытно было бы задать для себя вопрос: почему я нуждаюсь в таких связях, которые причиняют мне боль?» – размышляет психоаналитик и сексолог Ален Эриль (Alain Heril). Мариз Вайан уверена: «Счастье, что есть люди, готовые помогать другим! Что бы стало с этим миром, если б он был населен одними эгоистами? Мне не нравится этот политкорректный штамп: чтоб обожать другого, нужно сначала обожать себя самого. Скажите это по-настоящему благородной даме, и вы ее обидите. Хотя, естественно, на этом пути нужно держать в голове и о себе».

Запамятовать об безупречной любви

«Наши несложившиеся романы молвят и о том, что мы страшимся успешного романа», — отмечает Ален Эриль. Для кого-либо счастливая любовь, как это ни феноминально, опрокидывает обычные с юношества схемы отношений в паре, что может причинять практически нестерпимую боль. Ведь даже если эти схемы являются источником наших страданий, мы к ним уже привыкли. Это невротические ориентиры, которые присваивают нам убежденности, и мы предпочитаем цепляться за их, заместо того чтоб идти навстречу счастливой любви, которая завела бы нас в неизведанные края. Некие готовы на все, чтоб только не пришлось пережить этот опыт, так они страшатся утратить себя…

«Миф об безупречной любви стал частью нашей культуры, – отмечает Ален Эриль. – Известный философ античности Платон сделал собственного рода фантазию о слиянии: типо кое-где на земле есть наша 2-ая «половинка», которая могла бы нас дополнить и дать нам все то, чего нам недостает*. Но как раз в этом случае, когда нам не удается провести различие меж собой и другим, любовь становится разрушительной. И пара преобразуется в оксюморон – в «нежное насилие». Из этого следует достаточно внезапный вывод: если наше желание сделать собственный роман удачным преобразуется в назойливую идею, мы увеличиваем риск любовного крушения. Так как в данном случае возлюбленный человек становится средством нашего собственного движения к совершенству, а для самой любви не остается места…

Создатель — Лена Тюленева

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru