Месяц со смертельным диагнозом


Месяц вспять мне поставили диагноз. Рак. Гистология показала, что у меня злокачественная сосудистая опухоль с длинноватым непонятным заглавием. Закрывшись дома и проревев день, я решила, что не желаю дохнуть в 31 год и во что бы то ни стало вылечусь. Я переименовала слово “рак” в “краб”, воспретила всем близким гласить это слово и, тем паче, меня жалеть. Пока никто не лицезрел, я злостно обращалась к Богу, небу, энергии, именуйте, как угодно. У меня был один вопрос: Для чего?” Заболевания, как и любые тесты даются нам зачем-то. Для чего, а поточнее, на хрена, мне болезнь, от которой погибли миллионы человек и моя мать? Чтоб стать посильнее? Но я и так неслабая. Для чего? Для чего?

Опухоль нашла массажист кое-где полгода вспять, но я не направила на это никакого внимания, пока не прочла текст Романа Супера “Когда твоя женщина больна”. Уже на последующее утро я была у терапевта. После того, как я сделала все анализы и компьютерные томограммы, мне произнесли срочно оперироваться. “Я не могу ложиться в поликлинику, у меня подготовка к форуму. Может, помазать чем-нибудь от гематом, рассасывающим?” Роман Николаевич, мой хирург, поглядел на меня как на умолишенную и продолжил обяъснять, что завтра я должна быть госпитализирована и “чего-нибудть от гематом” не уберет опухоль в четыре с половиной сантиметра. Но, утомившись со мной биться, он все-же согласился перенести операцию на месяц, когда я разберусь с работой.

Оперировали меня в лазарете МВД. Опухоль выслали на гистологию в лабораторию, которая ничего не смогла осознать, потому продолжили исследование в Онкологический институт имени Герцена. Оттуда пришел ответ. Онкология подтвердилась.

Поговорив с моим лечащим доктором, которая вылечила рак два года вспять, перерыв тонну инфы о разбодяженных продуктах и докторах на онкоцентре на Каширке, я решила, что в Рф лечиться не буду. Было три пути – Германия, Израиль и США. Я избрала Израиль, тогда еще тут не бомбардировали. Мы выслали все документы в клинику в Тель-Авиве. Посмотрев заключения русских докторов, израильские забили тревогу и произнесли срочно прилетать, нужна расширенная резекция (2-ая операция), лучевая терапия и химиотерапия. И все это emergency! Мне воспретили все: любые физические нагрузки, сауну, массаж, алкоголь, стресс, пребывание на солнце. Можно только ходить. Плавать было тоже нельзя из-за свежайшего шва.

Только сидя в Шереметьево, я выяснила о бомбежках. Советы всех докторов “Наташа, главное, не волноваться” летели коту под хвост. В поликлинике у меня забрали все стекла и гистоблоки, которые я привезла, взяли анализы и сделали ускоренную биопсию. Это исследование – стандартная процедура перед исцелением. Ожидать необходимо было три денька. Я не знала, чем себя занять, загорать в стране с палящим солнцем мне нельзя, потому гулять можно исключительно в тени. Мысли все только о грядущей операции, химиотерапии и облысении. За этот месяц у меня появидлись 1-ые седоватые волосы, но это все равно лучше, чем голова-коленка. Отвлекалась от всего этого я только, когда нас бомбардировали и эвакуировали.

Так вышло, что сюда приехала моя приятельница Марина, отдыхать с подругой. Они позвали меня на экскурсионную поездку в Иерусалим. Я вытерпеть не могу экскурсии, всегда путешествую сама, но одной было ехать небезопасно из-за бомбежек и я согласилась.

У нас был неприятный гид-прощелыга. Он водил нас только по прикормленным ювелирным магазинам и не говорил практически ничего. Это камень, это стенка, эта башня, это храм. Мне было страшно скучновато, хотелось ему врезать и возвратиться в отель. Но поглядеть Храм Гроба Господня и постоять у Стенки Плача все-же хотелось посильнее. Нас высадили из автобуса и повели по старенькому городку к Храму, ХГГ, как называл его нам идиотический гид. Я начала молиться про себя: “Я не знаю, как ты это сделаешь, но сотвори волшебство, я больше никогда ни о чем же не попрошу. Ты же все можешь”. Мои истерические мысли оборвал телефонный звонок. Звонил мой доктор Ури.

— Наташа, Вы сможете гласить?

— Да, естественно.

— Вы где на данный момент?

— Я в Иерусалиме, но, если необходимо срочно приехать в клинику, то я возьму такси.

— Наташа.

— Да.

— Мы проверили все, Выслали все доктору, он один из наилучших профессионалов по сосудистым опухолям.

— И? И? Что? Что он произнес?

— Наташа, итог отрицательный. Доктор снимает диагноз на 99%, в Рф ошиблись. У Вас нет рака, это была доброкачественная опухоль. Наташа? Алло? Алло? Вы тут?

— Да. Ошиблись?

— Да, такое нередко бывает в Вашей стране, к огорчению. К нам на химиотерапию приезжала не так давно дама юная, лет 35. У нее нашли рак молочной железы, ей отрезали правую грудь. Позже она приехала к нам в Израиль, мы исследовали ее также, как и Вас, но у нее не было онкологии, это была ошибка докторов.

— Ошибка докторов?

— Да, мы выслали ее домой.

— А я? Я могу ехать домой?

— Давайте подождем еще три денька, когда будет окончательный ответ от доктора, мы всегда даем для себя 1% на сомнения. Но на 99% Вы здоровы. Поздравляю Вас!

— Другими словами никаких операций, лучевых и химий?

— Никаких. Для чего они здоровому человеку??

Я сползла по стенке, меня начало тошнить, слезы покатились гладом, руки затряслись. Я смогла выслать только одно сообщение. Мне стало совсем наплевать на гида, бомбежки, жару. У Вас нет рака. У. ВАС. НЕТ. РАКА. Нет рака. У Вас нет рака. НЕТ! РАКА! АААААААА!

На ватных ногах я пошла в храм. Дошла до Голгофы, строго поглядела на распятие: «Ну, и шутки у тебя. Я чуток с разума не сошла». Через полчаса, не помню как, мы оказались у Стенки Плача. Весь денек я придумывала, что напишу на бумажке и как конкретно буду просить. Переживала, хватит ли мне 1-го крохотного листика, чтоб обрисовать все свои терапии, операции, большие суммы на исцеление и духовные силы.

Сейчас я знала точно, что напишу.

Только одно слово – спасибо.

И я точно знаю, для чего мне был дан этот адский месяц.

Осознать, кто готов быть рядом и в счастье и в горе, и в заболевания и в здравии. Осознать, что счастье тут и на данный момент и оно в мелочах. Осознать, что это небо отлично, и это солнце отлично. И жара, и дождик, и холод, и снег. Что можно быть слабенькой и это не грех. Что обожать – это счастье. И ссориться – это счастье. Что друзья – это не те, кто чеканит «все будет хорошо», а те, кто может часами хохотать совместно с тобой, хотя ты по их очам видишь, как им тяжело.

Ради этого стоило поседеть. И всегда будет стоить.

Создатель — Наташа Киселева

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru