Как начать жить себе


Хвалебное желание делать добро время от времени мешает нам и портит жизнь окружающим. Если приходится жить в неизменном режиме скорой помощи, не метод ли это держать под контролем других? Перед Новым годом уметь уделять время для себя в особенности животрепещуще. Где грань меж добротой и патологией и излечим ли комплекс «матери Терезы»? Разбираемся совместно с создателем «Леди Mail.Ru» и профессионалом рубрики — психоаналитическим психологом Дмитрием Басовым.

У вас никогда не появлялось чувства, что те, кто просит о помощи, находятся в наилучшем положении, чем вы? Но даже если нам неловко, рвение поучаствовать нередко нас не покидает. Это явление время от времени именуют термином «комплекс мамы Терезы». В словарях его не отыскать, но в жизни это полностью понятно.

Этот защитный механизм призван упрятать слабенькие места. «Синдром мамы Терезы» гласит о ужасе одиночества, боязни быть покинутым, о нехватке любви. Не имея способности озвучить настоящие мотивы либо не осознавая их, таковой спасатель производит метод, где ужасы и обиды воплощаются в фанатичное желание «помогать».

«Это следствие нарушения на ранешних стадиях развития, — объясняет Дмитрий Басов. — То, что именуется «комплексом мамы Терезы», вернее отнести к психическому типу личности».

«Заболевшие» сразу переживают несколько эмоций: желание отреагировать на собственного рода вопль о помощи и нежелание заниматься своей жизнью.

«Они будто бы приписывают свои трудности другому человеку, — комментирует Дмитрий Басов, — и, помогая другому, пробуют решить свое. Это позволяет не чувствовать свои чувства, которые очень болезненны. Такие люди стремятся отдавать, но отрешаются от помощи сами».

Носитель комплекса мучается, сталкиваясь с брутальной реакцией на свое вмешательство, или если его жертвенное поведение рассматривают как подабающее и употребляют.

Симптоматика

В эталоне помогать нужно, когда требуют либо есть угроза жизни и здоровью. У человека с «комплексом мамы Терезы» есть ориентация на помощь и без надобности: опекает, хлопочет, раздает советы. Особенные приметы:

• Вездесущ и раздражающ, старается не расставаться с объектом благодетельства.

• «Я» на последнем месте: принести себя в жертву, действовать во вред для себя, обожать других больше себя, жить счастьем других.

• Отсутствие бескорыстных мотивов. Спасительница ожидает благодарности за содеянное: от очевидных слов «спасибо», «ты мне нужна», «я тебя люблю» до морального наслаждения.

• Эгоистичные устремления. Прикрываясь благими намерениями, благодетель навязывает свою волю, делает человека зависимым от себя, тем повышая свою значимость, самоутверждается, так как в глубине души ощущает приемущество.

• Брать на себя больше, чем в состоянии сделать, предпочитать интересы сторонних потребностям близких. Обычный случай: родным требуются уход и забота, а «мать Тереза» торопится на помощь в благотворительные организации.

«Доброта — это когда человек готов откликнуться на просьбу либо ощущает, что нужно его роль, — ведает Дмитрий Басов. — При отказе принять его помощь испытывает облегчение, расслабленно занимается своими делами. В случае с «матерью Терезой» — это навязчивость и слияние с объектом заботы. Это раздражающая, иногда брутальная забота.

Таковой человек будет делать «хорошо», производить добро так, как он это осознает. Если бабушка считает, что борщ — это полезно и его должны все есть, то она никогда не приготовит солянку либо рассольник, который обожают больше. Она не станет интересоваться, а придет и приготовит».

Служба спасения

Всех «спасителей» можно поделить на три группы. Первую охарактеризовывает демонстрация собственных желаний по отношению к другим как чего-то первоочередного. Вторую — контроль и деспотичное вмешательство. (К примеру, навязывание актуального сценария ребенку). Третью — вправду альтруистичное желание творить добро, быть всепрощающей.

Предпосылки

На поверхностном уровне такое поведение можно рассматривать как «вампиризм». Человек делает подкуп, обо всех хлопочет, а по сути желает, чтоб позаботились о нем. Делает другим то, в чем нуждается сам. Переживание «как за себя» равняется к переживанию о для себя.

«Если гласить психоаналитическим языком, — объясняет Дмитрий Басов, — это нарушение на оральной стадии развития. Ребенок рождается, личности еще как бы нет, она возникает к трем годам, когда его «я» стопроцентно сформировано. До года ему нужен неизменный размеренный объект — мать, он принимает ее как неотделимое.

Этот объект позднее становится частью психики малыша. В норме, если обеспечен неплохой уход, забота — объект целостный: ребенок осознает, что другой человек отдельный, что у матери есть свои желания.

Но если малыш недополучил материнской заботы, его часто оставляли в одиночестве, либо, напротив, мать была гиперопекающей, всасывающей, не лицезрела его особенности, не учитывала его желаний, то ребенок, вырастая, может не ощущать различия меж собой и другими. Такие люди обычно молвят, «надень свитер, мне холодно» либо «я голодна, покушай». Феноминальная фраза. Нет разделения в объекте.

Человек, на самом деле, утрачивает свое «я», не понимает собственных желаний. Ему требуется неизменное отражение. «Я сделал, подарил, позаботился; либо пришел, приготовил пищу — означает, «я есть», «я существую». Если он перестает помогать либо его помощь отторгают, это вызывает сильную тревогу, чувство отвержения, ненужности, одиночества и обиды: «я вам все, а вы для меня ничего».

Как для себя посодействовать

Признать наличие трудности. Если вы отдаете много сил другим, спросите себя — зачем я так поступаю? О ком по сути забочусь? Делаю от всей души либо во мне молвят неудовлетворенные потребности? Как воспринимаю отказ?

«Человек ведет себя уже по-другому: «да, я не буду готовить борщи, но буду как-то по-другому завлекать к для себя внимание», — ведает Дмитрий Басов. — Понимание дает шанс задуматься: к примеру, «в моем детстве было вот так» либо «другой человек — он другой, ему необходимо что-то другое».

Для тех, кто решит заниматься самолечением, можно рекомендовать изучить теорию треугольника Карпмана, либо треугольника судьбы: «преследователь, освободитель, жертва». Есть определенный закон, по которому они изменяются ролями.

«Для того, чтоб избавиться от миссионерского дела, закончить переносить свои трудности на других, а решать их без помощи других, необходимы годы психотерапии, — комментирует Дмитрий Басов. — Длительная психоаналитическая терапия помогает возвратиться в детство, вернуть «хороший материнский объект», прожить сепарацию, (отделение) и стать здоровой самодостаточной личностью».

Как спасаться от ненужной «помощи»

В созависимые дела вступают похожие по типу личности.

«У «матери Терезы», — продолжает Дмитрий Басов, — гиперкомпенсированная (гиперопекающая) материнская часть. Те, у кого она недоразвита, ощущают себя немощными — они и попадают в зависимость от «матери Терезы». Если созависимость вызывает протест, обременяет, на поведенческом уровне помогает благожелательный отказ. «Спасибо, я не нуждаюсь, я сам». Но вся сложность в безотчетной потребности в заботе: «мать Тереза» делает других немощными, а для их становится неподменной. «Ты ничего не можешь, не умеешь, а я могу».

Если человек чувствует себя довольно сильным, он начинает выходить из этих созависимых отношений. «Вари собственный борщ, если хочешь, пусть стоит, портится. Я сам сварю то, что мне нравится».

Реальный шаг для объекта опеки — переключиться с анализа назойливого объекта на самоанализ. Заместо «она нехорошая, мне жаль ее обидеть» — на «наверное, я в этом нуждаюсь, раз не могу сам сварить суп, а ем этот борщ и страдаю. Означает, и во мне есть часть предпосылки, если я попадаю в такие ситуации? Почему я вызываю желание хлопотать о для себя, почему не решаю сам? Как я позволяю с собой так поступать? Зачем мне необходимо, чтоб за меня кто-то что-то делал?»

Полина Табагари

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru