Доктор Соня


Софья Ковалевская не вписывалась в идейные рамки королевской Рф и была признана на Родине только после погибели.

Сила научных генов

Если б российский генерал Василий Васильевич Корвин-Круковский посреди XIX века каким-то неестественным образом вызнал о науке генетике, тогда он, наверняка, не задавал бы для себя вопроса, отчего его младшую дочь Софью так тянет к четким наукам.

Дед девченки по материнской полосы, генерал от инфантерии Фёдорвей Фёдорович Шуберт, был известным математиком, а прадед Фёдорвей Иванович Шуберт — прославленным астрологом и геодезистом. Оба они были действительными членами Петербургской академии.

Хорошее образование имел и отец девченки — семье, по преданию ведущей собственный род от венгерского короля Матвея Корвина, покровителя наук и искусства, другое просто не пристало.

Все же, когда в семье Василия Васильевича и Елизаветы Фёдоровны Корвин-Круковских 15 января 1850 года родилась дочь, нареченная Софьей, судьбу ей прочили самую обыденную. Домашнее образование, замужество, хлопоты по хозяйству и о детях. Ровно так вышло с мамой Софьи, урождённой Шуберт, дочерью и внучкой узнаваемых российских учёных.

Елизавета Фёдоровна обладала 4-мя языками и отлично игралась на пианино, но свои таланты могла применить только для воспитания малышей и светских вечеров.
«Новый Паскаль» в юбке

Может быть, судьба Софьи сложилась бы так же, как у мамы, если б её отец, генерал Корвин-Круковский, не был бы в неизменных разъездах по делам службы. Мама в одиночку с трудом управлялась с Софьей и её старшей сестрой Анной. Девченки тянулись к познаниям, но при всем этом с молодых лет отличались свободомыслием и непокорностью.

Любимчиками родителей были Анна и младший брат Федя, в каком отец лицезрел наследника гордой фамилии. По большенному счёту, Фёдорвей Васильевич этих ожиданий не оправдал, промотав отцовское состояние и не выйдя в огромные чины. Пожалуй, самым приметным деянием в его биографии стали воспоминания о прославленной сестре.

Малая Софья, стремясь заслужить внимание родителей, прилежно обучалась. Курс мужской гимназии с домашним учителем она прошла за восемь лет, сразу поражая наставников своими возможностями в арифметике.

От талантов Софьи пришёл в экстаз друг генерала Корвин-Круковского, доктор физики Морской академии Николай Тыртов, который прозвал девченку «новым Паскалем» и рекомендовал папе дарования позволить ей и далее продолжить математическое образование.

Неувязка заключалась в том, что в Рф дам в институты не воспринимали. А уехать за границу на обучение можно было только с родительского согласия, которого генерал Корвин-Круковский давать не собирался. Он намеревался выдать дочерей замуж и вынудить их выкинуть «учёную дурь» из головы.
Фиктивный брак и сестра-революционерка

В конечном итоге сёстры составили против отца самый реальный комплот. Они решили уехать за границу, заключив фиктивный брак с мужиками — в данном случае отец их замыслам воспрепятствовать уже не мог.

«Подельником» 17-летней Софьи становится юный учёный Владимир Ковалевский, человек энергичный, но, в отличие от девицы, не обладавший прохладным математическим разумом.

В 1868 году Софья выходит замуж за Владимира Ковалевского, а в 1869 году уезжает за границу, где поступает в Гейдельбергский институт, где сходу становится знаменитостью. Спустя год она начинает обучаться и пишет свои 1-ые самостоятельные работы в Берлинском институте.

План удался, но он не учитывал только 1-го происшествия — фиктивный супруг втюрился в Софью по-настоящему. Но увлечённая наукой юная женщина ответила ему решительным отказом, и Владимир уехал.

Тем временем сестра Софьи Анна, также перебравшаяся за предел, уехала во Францию, где вышла замуж уже по-настоящему, за французского социалиста Виктора Жаклара.

В 1871 году Софья Ковалевская рискнёт научной карьерой, присоединившись к Парижской коммуне. Анна и Софья будут ухаживать за раненными коммунарами, а Виктор Жаклар станет одним из управляющих Коммуны. После поражения коммунаров от погибели Виктора выручилёт помощь Софьи, супруги Анны и Владимира Ковалевского.

Формула любви

После политических страстей Софья Ковалевская ворачивается в мир формул. Весной 1874 года она завершает работу «К теории дифференциальных уравнений в личных производных», которая думала ей как докторская диссертация. Исследование Ковалевской войдёт во все курсы анализа под заглавием «Теорема Коши – Ковалевской». В июле 1874 года Геттингенский институт присвоил Софье Ковалевской степень доктора философии по арифметике и магистра роскошных искусств «с наивысшей похвалой».

Это был необычный фуррор в научном мире для дамы вообщем, и для российской дамы тем паче. А медику философии к тому времени было всего 24 года.

Софья ворачивается в Россию, мечтая преподавать арифметику в институте. Но максимум, что могут разрешить даме в королевской Рф — это преподавание математики в исходных классах женской гимназии. Для учёного уровня Ковалевской схожая участь смотрится просто издевкой.

И тут происходит внезапное — Софья влюбляется в собственного фиктивного супруга, Владимира Ковалевского. Пара начинает жить настоящей семьёй, страдая при всем этом от безденежья и отсутствия работы. К тому же Софья тяжело переносит беременность, повсевременно срываясь на супруге.

В 1878 году у Софьи и Владимира рождается дочь, которую, как и маму, окрестили Софьей. Молоденькую маму настигает послеродовая депрессия, и она уезжает в Париж, оставляя дочь на попечении родственников. Владимир, невзирая ни на что любящий супругу, решает совсем отрешиться от научной карьеры и заняться делом, чтобы обеспечить будущее семьи.

Это оказывается трагической ошибкой. Один проект Владимира терпит крах, другой… Семья остаётся без средств к существованию. Сломавшийся морально, в апреле 1883 года Владимир Ковалевский покончил с собой. Для Софьи это стало тяжелейшим ударом. Только на данный момент она сообразила, как обожала супруга.

Своя посреди чужих, чужая посреди собственных

33-летняя дама с пятилетней дочерью на руках, лишённая любых средств, из Рф уезжает в Берлин, обращаясь за помощью к собственному учителю, «отцу» современного анализа Карлу Вейерштрассу.

Учёный пускает в ход все свои связи и достигает для Софьи места доктора кафедры арифметики в Стокгольмском институте. Ей поставлено условие — 1-ый год читать лекции по-немецки, начиная со второго — уже на шведском. И тут опять произнесла своё слово генетика: мамины возможности к языкам проявились и в Софье.

Она не только лишь читает лекции на шведском, она пишет на нём свои новые научные труды и даже повести и рассказы. Да, в женщине-математике пробудился и недюжинный литературный талант.

В 1888–1889 годах Софья Ковалевская публикует свои самые важные работы. В первой она открывает 3-ий традиционный случай разрешимости задачки о вращении твёрдого тела вокруг недвижной точки, во 2-ой — изучит вращение тяжёлого несимметричного волчка.

Эти научные труды отмечены большой премией Парижской академии, премией Шведской академии, также бессрочным званием доктора Стокгольмского института. Следом как бы сдалась и Родина — Софья избирается членом-корреспондентом на физико-математическом отделении Русской академии.

В Европе любят «профессора Соню» (так Ковалевскую называли коллеги-учёные), но её тянет домой, в Россию. Согласно тогдашним правилам Русской академии, новый академик может быть избран только после погибели 1-го из реальных членов академии.

Когда в 1890 году не стало математика Буняковского, доктор Ковалевская приехала в Россию в надежде на то, что конкретно её выберут на свободное место.

Никто тогда не заслуживал этого больше, чем Софья. Но когда она, как член-корреспондент, пожелала находиться на заседании академии, ей было заявлено, что присутствие дам не в обычаях академического собрания.

Наша родина плюнула в лицо собственной величавой дочери. Софья возвратилась в Стокгольм, чтоб продолжить научную и литературную деятельность.

Ошибка королевского министра

У неё было много планов, но в конце 1890 года, ворачиваясь после поездки по Европе в ставший уже фактически родным Стокгольм, она схватила простуду. Недомогание перебежало в воспаление лёгких, с которым врачи никак не могли совладать. Сказался и обнаруженный медиками ещё в детстве порок сердца.

10 февраля 1891 года Софья Васильевна Ковалевская погибла во сне. Ей был всего 41 год.

В 1880-х годах, когда Софья Ковалевская пробовала достигнуть места на кафедре 1-го из русских институтов, королевский министр произнес ей: ни она, ни её дочь до таких времён не доживут.

Министр, чьего имени, в отличие от имени Софьи Ковалевской, никто не помнит, оказался не прав. Дочь доктора Ковалевской, Софья Владимировна, доктор по специальности, переведшая со шведского на российский многие работы мамы и написавшая мемуары о ней, благополучно дожила до 1952 года. К этому времени в Москве, где она проживала, женщиной-профессором никого уже было особо не изумить.

Андрей Сидорчик

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru