10 секретов столичной штуки


Если географию моих перемещений по съемным квартирам нарисовать на карте, получится неровная угловатая спираль, по которой я медлительно, но правильно ползла от порога Темкинской общеобразовательной школы к комнате в тихом переулке на Остоженке (скрещение МКАД было зафиксировано 12 годов назад). Я доползла, сбросила раковину, обозрела сверху вниз пройденные этапы и могу сейчас поведать, как делать вид, что ты и есть та столичная элита, легенды о которой прогуливаются от Пыталова до Хайлюли и от Кудепсты до Цыпнаволока.

Оглядываясь вспять, я вижу, как много сделала ошибок в собственной отчаянной решимости мимикрировать под московскую элиту. Оглядываясь вокруг, я вижу людей, вновь и вновь совершающих те же ошибки. А ведь быть москвичом совершенно нетрудно. Ну, может быть, чуточку в тягость, но немногим тяжелее, чем хоть какой царской особе жить с бременем неограниченной монархической власти. Вот несколько усвоенных мною правил.

Забудьте слова «замкадыш» и «лимита». Пусть «замкадышами» перекидываются меж собой навеки разбитые МКАДом обитатели Северного Бутова и Южного Чертанова. Человек, родившийся на Ордынке, знает, что Москва завершается за длительное время до кольцевой автодороги, и помнит времена, когда на приезжих вправду был хоть некий предел. Бедняга, только-только прибывший из Брянской области в Московскую и вставший в первую в собственной жизни пробку, терпеть не может понаехавших куда посильнее, чем тот, кто переезжает МКАД на аэроэкспрессе несколько раз за месяц.

О провинции — как о мертвеце: либо отлично, либо ничего. Не вздумайте неодобрительно откликаться о родных краях, куда вы обязаны временами наезжать с целью проведать близких. Визит в глушь — не тяжелое наследное бремя, а красивый жест свободного, незакомплексованного авантюриста-горожанина. На предложение случайного знакомого с «Красного Октября» немедля посреди ночи отправиться на такси в Торжок либо Рославль следует откликаться с опьяненным экстазом. Очевидно, от всей души желать поехать в эту Тарусу может только тот, кто сложил свои представления о Рф по произведениям Шишкина и Бунина. Но не волнуйтесь: все равно зачинатель поездки успеет протрезветь, чуть вы доберетесь до наиблежайшего мотеля.

Возвратившись из вышеозначенного Мышкина (если все таки туда ненароком угодили), нужно гласить, что «это какая-то сказка», «время там как будто остановилось», а «люди совершенно другие — открытые и доброжелательные». Пытайтесь при всем этом не хватать ртом напоенный сладостным бензиновым перегаром воздух Остоженки. Сдерживайтесь. Дышите носом, и этот мышкинский ужас забудется сам собой.

Но здесь принципиально ощущать грань — точнее, незримую границу, — пролегающую кое-где меж Плёсом и Новокосино: желать в Плёс можно, в Новокосино — нет. Очень подозрительны все дискуссии о «тишине» и «чистом воздухе» в определенных районах столицы и близкого Подмосковья. За тишину и незапятнанный воздух сможете хвалить камчатский поселок Паратунка, но если идет речь о Сходне либо Куркино, эти дискуссии могут значить только одно: вам не хватило средств на солидное жилище в границах Садового.

Москвичи обожают временами рассуждать о том, как отлично было бы в отдаленном будущем переехать в Питер. Так как этого могут желать только те, кто никогда не бывал в Питере зимой, трезвым, в спальном районе и подольше 3-х дней.

Презрение москвичей к провинциалам — всераспространенный, но вздорный миф. Москвич презирает провинциалов менее, чем коконопрядов вида Lasiocampa quercus. Напротив, он питает к ним любопытство. Можно сказать о том, что они «живые, искренние, без вот этой нашей лени и расслабленности». Можно отметить, что «провинциальный акцент практически незаметен». В конце концов, признайте, что «есть в ней (в нем) какая-то актуальная сила» (прилагательное «хтоническая» — это уже малость очень). А на чье-то брутальное замечание, как будто «самые удачные и умные люди приехали из провинции», следует благорасположенно кивнуть — ну, не все еще исследовали столичный разговорный так же отлично, как вы.

Москвичам характерно обожать и жалеть людей, в особенности из народа. Это могут для себя позволить только те, чье общение с народом ограничивается выдачей заработной платы филиппинской домработнице. Потому просто запомните: люд обладает внутренней красотой и высочайшими моральными ценностями. Обучайтесь молчком вскидывать бровь, когда слышите от кого-либо, что люд в собственной массе — злое тупое быдло без интересов и принципов.

Москвичи никого не презирают за бедность. Узнав, что вы попали в тяжелое финансовое положение, он быстрее пожалеет, что сейчас вы будете пореже видеться. Презирать — нет. Жалеть — да. Можно дать глуповатый хороший совет. Узнав, что ваш знакомый хочет переселиться в Видное, порекомендуйте подкопить еще средств и приобрести квартиру ближе к вам, к примеру, на Фрунзенской набережной, ведь там тоже парк и речка, и не шумно совершенно.

Москвич может знать звезд политики, телевидения и шоу-бизнеса. Но знать ни при каких обстоятельствах не из ток-шоу, а только лично, как соседей по подъезду либо родителей одноклассника отпрыска. Запомните: вы и понятия не имеете, что вся остальная страна каждый денек лицезреет этого человека в прайм-тайм и покупает свежайшую прессу, чтоб выяснить, каким кафелем выложен его туалет.

Если вы москвич, вы должны сетовать на жизнь. Но сетовать расслабленно, с ухмылкой, без особенной экспрессии и не на что попало. К примеру, можно посетовать, что отпрыск совершенно не гуляет во дворе, так как целыми деньками играет на скрипке, готовясь к интернациональному конкурсу. Что вырубили столетнюю ракиту, росшую у вас под окном, под которой сиживал Сумароков. Либо что отреставрировали незаметный старенькый дом, который стоял в неведомом никому переулке: будучи оштукатурен, этот дом растерял все поэтичное притягательность той Москвы, которой уже нет. 90% обитателей столицы все равно понятия не имеют, как смотрелась Москва 10 годов назад, и можно смело нести всякую чушь.

И очередной совет, вне счета, так как это тривиально: никогда — даже если очень-очень охото — не фотографируйтесь на фоне Кремля, Царь-пушки либо даже монумента Александру Блоку на Спиридоновке. Отложите камеру до тех злополучных выходных, когда вновь отправитесь навестить родителей в свою Богом позабытую провинциальную дыру. Там и сниметесь для собственного «снобского» аватара — вся в деревенском румянце, без укладки и маникюра, для верности держа в руках петушка. Вот сейчас точно никто не догадается, что вы родились не на Кремлевской стенке.

Создатель — Алиса Мясищева

Добавить комментарий

Top.Mail.Ru